Революционная поступь российских библиотек. 2 часть

Очень помогла организаторам библиотечного дела огромная жажда знаний со стороны простого народа. Для рабочих организовывали библиотеки на производстве, где даже в обеденный перерыв толпился народ. В помощь рационализаторам и изобретателям там имелась техническая и справочная литература. В 1921-1925 годах открылось более 4 тысяч новых научных и специальных библиотек. Курс на индустриализацию сделал эти учреждения ещё более востребованными.

А коллективизация всё больше приобщала к книге крестьян. Несмотря на неграмотность народ охотно собирался в избах-читальнях на «громкие читки» и беседы по газетам, журналам и книгам. Во время посевных и уборочных кампаний библиотеки в виде культпалаток, агитповозок и агитфургонов шли в поле. Библиотекарям помогали активисты: передвижники, книгоноши, чтецы, беседчики.

С появлением МТС (машинно-тракторные станции) при них стали создавать и библиотеки. В 1930 году насчитывалось 158 МТС, а спустя два года их было уже 2446. Книги из передвижного фонда поехали в деревни на тракторах и комбайнах.

Методом проб и ошибок

Заметно подстегнул интерес к чтению «Библиотечный поход». Так называлось массовое общественное движение, инициированное передовыми библиотекарями летом 1929 года. Об этой акции писала центральная и местная пресса; в Ленинграде издавали специальный журнал «В поход за библиотеку»; в городах проходили собрания читателей, где обсуждали работу библиотек, предлагали, как её улучшить. Активисты ходили по домам и записывали желающих в библиотеки. Привлечение новичков шло под девизом «Каждый читатель должен привлечь одного нечитающего». Не обошлось без кампанейщины и формализма, но в целом «поход» поспособствовал большей популяризации библиотек среди населения.

Спорные оценки до сих пор вызывает и идея Надежды Крупской о централизации библиотечного дела в РСФСР, вылившаяся в одноимённый декрет Совнаркома, подписанный в 1920 году. Координировать работу библиотек всех ведомств, объединённых в единую сеть, обязали наркомат народного просвещения. Создали систему коллекторов для комплектования фондов библиотек. Озаботилась власть подготовкой библиотечных кадров.

Но не обошлось без ухабов. Так, многие ведомственные библиотеки не желали объединяться в «единую сеть» и всячески тянули время. Печальная участь постигла самостоятельные сельские библиотеки. Их либо сливали с волостными, либо, наоборот, «разукрупняли», превращая в передвижки и пункты книгоношества. Всё это дезорганизовывало работу. Ошибочным было решение Центральной межведомственной библиотечной комиссии открывать филиалы волостных библиотек лишь в крупных сёлах, где проживали не менее 5 тысяч человек. После Гражданской войны и массового оттока крестьян в города таких сёл оставалось всего ничего. Если же в небольшом поселении не желали мириться с передвижкой и создавали стационарную библиотеку, инициатива рубилась на корню.

Всех пересчитали

Чтобы разобраться, как обстоят дела в библиотечном деле и провести назревшую реорганизацию, 1 октября 1934 года провели Всесоюзную библиотечную перепись. Инвентаризация огромного библиотечного хозяйства оказалась весьма полезной. В результате была получена масса важных сведений о количестве всех библиотек и о распределении их по типам, о количестве книг и библиотекарей с распределением последних по возрасту, партийности, национальности, стажу работы, общему и специальному образованию. Данные о числе читателей, сроках открытия библиотек и много чего ещё также собрали, систематизировали и проанализировали.

Выяснилось много интересного. Скажем, резко отличалось распределение книжных фондов между библиотеками городскими и сельскими. В 14,2 тысячах городских учреждений находилось более 71 процента всех книг, имеющихся в СССР. А в 36,6 тысячах массовых библиотек села — меньше 29 процентов. В абсолютных цифрах разница была ещё ярче: 238, 4 миллиона книг хранились в библиотеках городских, около 32,5 миллиона экземпляров — в сельских.

Кроме того выявилась резкая нехватка детской литературы. В результате развернулась сеть школьных библиотек. «Детгизу» поручили издать для них в 1937 году специальными тиражами 42,5 миллиона книг, выделив на это 70 миллионов рублей. В школьных сметах предусмотрели статью расходов на пополнение библиотечного фонда. К 1939 году число школьных библиотек утроилось, а книжный фонд увеличился в два с лишним раза, достигнув почти 60 миллионов экземпляров.

Были и другие задумки по развитию и совершенствованию библиотечного дела, но все планы спутала Великая Отечественная война.